- Почти как платье.

- Ага, - сказал он. - С обновкой.

: - А почему это у тебя столы так странно поставлены? - вдруг обратила она внимание.

- А это так... - засмущался он. - Глупости... Так мне удобнее, свет падает...

- А, - и она тут же забыла о столах и села. Он приготовил и протянул ей бутерброд.

- Что я, маленькая? - сказала она недовольно, но бутерброд взяла и с удовольствием надкусила.

- Если хлеба мало, я могу у соседей попросить, - предложил он, видя, с каким аппетитом она ест.

- Нет, нет, я не ем много, - сказала она. - Особенно на ночь.

Он взволнованно покраснел при упоминании о ночи.

- Ну, что же ты не разливаешь?

Он спохватился, разлил шампанское дрожащей рукой.

т- И, конечно, перелил, - сказал он огорченно.

- Ничего, не беда, - она решительно встала. - Есть у тебя на кухне тряпочка?

- Есть, - сказал он. - Там, на столе, или на холодильнике... Или на полу, - крикнул он ей на кухню.

Она вошла с тряпкой.

- К счастью, не на полу, - сказала она и стала вытирать со стола.

Он задумчиво смотрел на нее и думал о чем-то своем, туманном, сокровенном.

- Ты чего улыбаешься? - спросила она и тоже улыбнулась.

- Да так, - он стряхнул с себя начинавшиеся, как болезнь, мечты.

- Анекдот вспомнил?

- Ага.

- А этот знаешь, про мужа, у которого жена уехала в командировку, а он ей телеграмму - срочно, где ножи и вилки? А она ему - спи дома. А он опять - где ножи и вилки? А она ему обратно - спи дома. А потом приезжает, ведет его в спальню, а там, под одеялом, - ножи и вилки, - рассказывала она, вытирая со стола.

- Ха-ха-ха! - рассмеялся от души он и тут же почувствовал себя немного раскованнее.

Она улыбалась, смотрела, как он смеется, а потом серьезно сказала:

- Когда ты смеешься, у тебя уши шевелятся. Он помрачнел.