— Похоже, он призывает бандитов, — заметил Август, когда трезвон наконец стих. Они направились к дому, свиньи — за ними, причем хряк дожевывал где-то пойманную ящерицу. Свиньи относились в Ньюту еще лучше, чем к Августу, потому что, когда ему нечем было заняться, он скармливал им кусочки сыромятной кожи или чесал их за ухом.

— Если появятся бандиты, то, может, капитан позволит мне носить пистолет, — задумчиво сказал Ньют. Создавалось впечатление, что он никогда не дорастет до ношения оружия, хотя ему уже почти исполнилось семнадцать.

— Если тебе дать пистолет, то кто-нибудь по ошибке может принять тебя за стрелка и пристрелить, — возразил Август, заметив задумчивость паренька. — Дело того не стоит. Если Бол когда-нибудь призовет бандитов, я одолжу тебе свое ружье.

— Старик и готовить едва умеет, — вмешался Пи Ай. — Откуда он возьмет бандитов?

— Ну как же, разве ты не помнишь ту грязную шайку, с которой он таскался? Калл только потому и взял его в повара. В нашем деле неплохо знать парочку-другую конокрадов, во всяком случае, мексиканцев. Думается, Бол просто выжидает время. Как только завоюет наше доверие, эта шайка ночью проберется сюда и всех нас прикончит.

Сам он ничему такому не верил, просто любил иногда подшутить над мальчишкой. Пи тоже не верил, да и шутить над ним было чрезвычайно трудно, поскольку он почти не умел бояться. У него хватало лишь здравого смысла опасаться команчей, поскольку для этого избыточных умственных способностей не требовалось. Мексиканские же бандиты на него не производили впечатления.

Ньют обладал более богатым воображением. Поэтому он повернулся и посмотрел через реку, где быстро сгущалась темнота.