А когда-то так верилось, что будет популярность, будут деньги, мир будет лежать у ног. Куда все ушло? Словно холодная невская волна смыла все розовые мечты. Теперь думы только об одном: чтобы не заболеть, чтобы получить за материал побольше, и как осколки мечты — найти работу в более приличном месте. Из-за этого не отказываюсь от разных встреч с нужными людьми, стараюсь держать себя в форме, чтобы не выглядеть опустившейся, давно махнувшей на себя рукой бабенкой, каких полно вокруг.

— Чего задумалась? — привел меня в чувство въедливый Лилькин голос. — Ты, мать, что-то сегодня не в духе.

— Почему это?

— На морде написано, — торжествующе произнесла коллега.

У нее, любительницы ночных дебошей и обладательницы великолепного тела семипудовой стриптизерши, никогда и ничего на морде не отражалось, даже если она проводила в пьяном угаре несколько суток подряд. Лицо чуть заострялось, под глазами появлялись легкие тени, но зеленые глаза смотрели зазывающе-порочно, обещая райское наслаждение в мощных Лилькиных объятиях. Стоит ли удивляться, что мужики липли к ней, как мухи к меду?

Но Лилька держалась твердо. Не скрывала свою связь с главным редактором нашей газеты Ильей Пошехонцевым и только изредка позволяла себе закрутить романчик на стороне.

— Где уж мне до тебя, красота неописуйчатая, — огрызнулась я и включила комп.

— Ладно, мать, не сердись. — Лилька не могла долго воевать и быстро выбрасывала белый флаг. — Давай лучше кофейку дернем.

— Кофейку можно.

Лилькина голова мотнулась и провалилась куда-то вниз. Послышалась возня, невнятный мат, затем соседка моя вынырнула с кружкой.

— Давай свою, сейчас отоваримся.