- Ну ты... Ну ты даешь! - Пошехонцев сделал вид, что очень возмущен и не находит подходящих слов.

Но я тоже решила оставаться непреклонной. Ему не нравятся герои моих репортажей, а мне не нравятся все эти модели, звезды, проститутки высокого ранга и прочая шушера. И пусть Илья хоть лопнет на месте.

- Я не даю, - сухо отрезала я, - и даже не собираюсь. Мне непонятно, какого лешего ты ко мне с этим обратился?

Пошехонцеву, видно, не давала покоя какая-то мысль, поэтому он оставил и возмущение, и заранее заготовленную речь, и еще ближе придвинулся ко мне.

- Понимаешь, Леда, - начал он проникновенно, - мне хотелось бы повысить рейтинг газеты, чтобы нас не считали чтивомвторого сорта.

- Мы и есть чтиво второго сорта, - не преминула я уколоть главного.

- Понимаю, - Илья скроил скорбную мину (еще немного, и понадобится доставать носовой платок, чтобы утешить бедолагу) и просительно вздохнул. Но ведь такое положение вещей можно исправить, если постараться.

- Постараться?!

Больше всего на свете мне хотелось в ту минуту послать Пошехонцева к чертовой матери со всем его положением вещей.

- Да, постараться. Несколько интересных материалов о мире моды, о закулисной жизни моделей. Интервью с модельерами, статьи о моделях. И как главный сюрприз для читателя - встреча в нашей редакции и разговор с Дианой, о которой мы будем давать небольшие публикации в каждом номере. Тот читатель, который правильно ответит на все вопросы нашей викторины, сможет пообщаться с ней.

- Здесь?! - Я не могла удержаться от смеха. - В этом гадюшнике?

Илья обиженно закрыл рот и стал демонстративно смотреть в окно.

- К твоему сведению, - наконец выговорил он, - здесь все приведут в порядок.

- И кто же возьмет на себя нелегкую миссию по расчистке авгиевых конюшен? Неужто в наше время еще можно встретить Геракла?

- Опять ты за свое. Слова не можешь сказать, чтобы не съязвить, снова вздохнул Илья. - А Геракл есть. Он наш спонсор, который весьма заинтересован в том, чтобы статьи о Диане появились.