А сенсаций в нашем городе всегда хватало. Недаром Северную Пальмиру как только не величают: и криминальной столицей России, и столицей бандитских группировок, и столицей воровских авторитетов, и столицей различных аномалий, и столицей европейской моды (хотя это только с оговорками и натяжками), и столицей настоящего русского кино (читай: кондового, неудобоваримого и настолько самобытного, что впору зрителям давать деньги, чтобы они согласились просмотреть все эти опусы), и столицей настоящей рок-музыки (с этим можно согласиться), и столицей черт еще знает чего.

Но благословенный Питер, несмотря на все эти ярлыки, гордо стоит на болотистой почве и не устает выдавать сенсации, теребящие сонное сознание обывателя, не давая ему хоть сколько-нибудь расслабиться. Наша газета тоже играла не последнюю роль в возбуждении чувствительных к скандалам зон потенциального читателя и смело загружала его сногсшибательной информацией.

Толчея, царящая в редакции, - это нормальное рабочее состояние. Вот если бы все вдруг замерли, как восковые болванчики многочисленных подражателей мадам Тюссо, этой жрицы смерти, которая не боится напоминать о ней живым, тогда бы я удивилась.

На моем столе, как обычно, завал. Мусорный Монблан и Эверест отходов бумажной продукции. Горные образования периодически появлялись благодаря стараниям моей коллеги, так как ее стол тесно придвинут к моему, а своего стола ей тоже, как обычно, мало. Вот и скапливается все нужное и ненужное на моем столе.

Подойдя, я решительно столкнула бумажные горы на пол. Кому понадобится, тот подберет. Уселась на стол, вытащила пачку сигарет "Parlament" и закурила. Голова Лильки тут же появилась из-за компьютера.

- Чего шумишь? - сонно спросила она.

- Бумага свалилась, - ответила я, спихивая на пол бумажные остатки.

- С ума сошла? Это же материалы для работы.

Знаю я ее работу. Кое-что нароет из газет, кое-что скачает через Интернет, и нате, получите, пожалуйста, готовый материал о романе Барбры Стрейзанд и Ричарда Гира.