Убийцы в подъездах и где угодно людей убивают, ровно кроликов, а кто убивает - ни одного не поймают, не судят! Жертвы ГУЛАГа счетом считаются, а сколько людей нынче мафиозно постреляно, экологически погублено учета никакого! Скоро уже больше, чем сталинских репрессированных, будет жертв! У-у-у, падлы! Товарищ Сталин за один только Чернобыль скольких бы пострелял, никому бы неповадно было еще и еще взрываться, - а нынче?! Мне, Константин Николаич, в одно окошечко посветило: цена бы на какой-то продукт снизилась! Преступников какая-никакая комиссия, комитет какой-нибудь поймал бы? За ваучеры свои что ни что, а я вдруг бы получила бы? Нет, не светит, и ты, Костя, единственно что правильно делаешь - это помираешь. Притом как человек! В собственной квартире - это раз. Племянничек тебя по высшей категории иждивенчествует. Вот какие тебе и нынче вышли льготы - ты, поди-ка, и не мечтал? Это - два! Я тебе завидую! У меня перспективы нет. - Я не мечтал! - признавался Бахметьев К. Н. - Нет, не мечтал.

Сидя на полу, успокаиваясь, Елизавета Втора соображала: - А может, ты и сболтнул чего лишнего, сам не запомнил чего, - Сталин и услал тебя в Воркуту? Может, тебя просто так, ни за что, услали, но это не он, не товарищ Сталин, это Берия, гад, сделал! Товарищ Сталин еще бы недельки две пожил, он бы Лаврентию Берию самого успел бы расстрелять, но Берия, он хитрый, он все разнюхал и Сталина ядом отравил. Вот как было на самом-то деле!

- Откуда тебе известно?

- Мне-то известно откуда, откуда тебе неизвестно? К тому же учти: мы на митингах портреты Иосифа Виссарионовича высоко носим, а портрет бериевский ты хотя бы однажды в наших митингующих рядах видел?

- А еще говоришь: Я женщина терпеливая.

- Лично к тебе я верно, что без конца терпеливая.