Мы сели и поговорили.

Сэм, облаченный в темный, отлично сшитый костюм, повернулся ко мне вполоборота и произнес:

- Знаешь, кто о тебе хорошего мнения?

- Кто?

- Луи Компана. - При этом он почесал грудь большим пальцем руки. - Я приглядывал за его кралей, пока он сидел в кутузке за скандал.

- С Луи все в порядке, - вежливо ответил я.

Компана был правой рукой Нитти, в силу неведомых мне причин Сэм стремился убедить меня, что мы с ним чуть ли не приятели. Или, во всяком случае, что у нас есть общие друзья. В 1944 году я впервые познакомился с Сэмом, когда похитили Джейка Гузика, казначея банды. Тогда я выступал в качестве нейтрального посредника. На собственном опыте я убедился, что Сэм Флади - один из самых бессовестных мерзавцев и мошенников.

- Ты занимаешься делом Кинана? - спросил он.

Если бы я не собрал всю свою волю, эти слова меня непременно насторожили бы.

- Да, - небрежно бросил я. - Отец жертвы - мой приятель, и ему хочется иметь человека, который бы следил, чтобы полиция вела дело по-честному.

Мои слова развеселили Сэма. Я не понял, что его так рассмешило, то ли то, что дело доверили мне, то ли сама мысль о контроле за честностью полиции, казавшейся ему утопией... Поэтому я закинул пробный камень.

- Тебе известно, почему Кинан выбрал именно меня, не так ли?

- Нет, - ответил Сэм. Как мне показалось, совершенно искренне.

- Он боялся, что похищение было организовано восточной мафией за то, что в Нью-Йорке он отказался иметь ними дело. Для тебя это не секрет, он работал в Кабинете по ценообразованию.

- Это маловероятно, Геллер. Ребята с востока не стали бы играть на нашей территории без предварительной проверки.

Я кивнул, в его словах был резон.

- Однако, чтобы ты знал, если еще не в курсе, до последнего времени я занимался бензином и продовольственными карточками. Но с этим покончено около двух месяцев назад. Этот рэкет тихо умер. Но, Геллер, ни я, ни один парень из мафии ни разу не приближались к этому Кинану.