– Ах, это вы, графиня! – воскликнул маршал. – Вы первая! Боже мой! Вы всегда прекрасны и свежи!
– Скажите лучше, что я замерзла, герцог.
– Проходите, пожалуйста, в будуар.
– Как! Мы с вами останемся наедине, маршал?
– Нет, мы будем втроем, – произнес чей-то хриплый голос.
– Таверне! – вскричал маршал. – Черт бы побрал эту помеху радости! – сказал он графине на ухо.
– Фат! – прошептала г-жа Дю Барри и громко расхохоталась. И все трое прошли в соседнюю комнату.
Глава 2.
ЛАПЕРУЗ
В ту же минуту глухой стук колес нескольких экипажей по засыпанной снегом мостовой возвестил маршалу о прибытии гостей, и вскоре, благодаря пунктуальности метрдотеля, девять человек уже занимали места вокруг овального стола в столовой.
Через десять минут гости почувствовали, что в столовой они совершенно одни: в самом деле, немые слуги, подобные теням, неизбежно должны были быть и глухими.
Де Ришелье первым нарушил эту торжественную тишину, продолжавшуюся столько же времени, сколько гости ели суп, и сказал своему соседу справа;
– Граф, вы не пьете?
Граф Гаагский поднес стакан к глазам и посмотрел сквозь него на пламя свечей.
Содержимое стакана искрилось, как жидкий рубин.
– Вы правы, господин маршал, – отвечал он, – спасибо.
Он произнес слово «спасибо» тоном столь благородным и столь ласковым, что наэлектризованные присутствующие поднялись в едином порыве с криком:
– Да здравствует его величество король!
– Совершенно верно, – произнес граф Гаагский, – да здравствует его величество Французский король! Вы согласны со мной, господин де Лапурез?
Лаперуз поднял стакан и смиренно поклонился графу Гаагскому.
– Мы все готовы выпить за здоровье того, о ком вам угодно говорить, – заметила графиня Дю Барри, сидевшая слева от маршала, – но нужно, чтобы ваш тост поддержал и наш старейшина, как сказали бы на заседании Парламента.