Полверсты порубежники гнали коней галопом, потом на полверсты переходили на рысь. Потом снова галоп. И снова рысь…

— Ты как? — обернулся Войцек, глянул через плечо на Радовита.

— Справлюсь, — отозвался чародей. — Мутит, правда, но я справлюсь. Огнем не обещаю, но…

— Ладно. — Сотник махнул рукой. Поживем — увидим. Благодаренье Господу, хоть в обморок не падает помощничек.

Скачка продолжалась.

Месяц словно встряхнулся, сбрасывая с масляно-желтого бочка грязные одеяла облаков. Подсветил их сверху, делая похожими на сказочные пригорки, холмы и овраги.

— Река-а-а! — протяжно возвестил Сожан.

Войцек поежился, передернул плечами под добротным полушубком. Дальше — владения Грозинецкого княжества. Воеводство Орепское. Скомандовал:

— Ша-агом!

Порубежники осадили коней. Кое-кто отводил глаза, кто-то смотрел прямо на сотника. Что прикажет? Вперед, за убийцей Мржеком, или домой возвращаться, отогреваться и отдыхать?

— Переходим по одному, — развеял их сомнения командир. — Хватан первый. Потом я…

Его слова были прерваны приближающимся топотом копыт.

— Кого это?.. — Закора поднял руку в рукавице, готовясь дать сигнал к бою.

— Похоже, Птах? — недоуменно пробормотал глазастый Грай.

— Точно, его маштак, — подтвердил Бышек.

Птах мчал, склонившись к холке, — помогал коню сохранять силы. Подскакал. Шагов за полста перешел на рысь, а потом и на шаг.

— Ты что делаешь? — грозно прорычал Войцек, ткнув пальцем в шумно поводящего боками буланого. — Коня угробить затеял?

— Никак нет, пан сотник! — глухо ответил воин. — А только душа просит с Мыржеком поквитаться…

— Бабу куда дел? — укоризненно проговорил Закора.

— А к Бажану заскочил.

— Ты чо? Это ж добрых пять верст. Туда, а потом обратно… — Старый урядник покачал головой.