— Какие воры, третий этаж? — хриплым голосом произнес неизвестно откуда появившийся парень в рыжей дубленке и низко надвинутой на лоб шапке.

Он очень внимательно прислушивался к разговорам. В его лице было что-то неприятное, лисье. Бегающие глазки ощупывали каждого, не выделяя никого в толпе. Но вот его взгляд остановился на Стрелецкой. Он вздрогнул и с усилием отвел глаза.

Старуха соседка, недовольная, что её перебили, подозрительно уставилась на незнакомого парня в рыжей дубленке.

— А я что-то тебя не помню… — она буравила его взглядом. — Ты из какого дома?

— Из нашего, мать, из нашего… — Парень ещё глубже надвинул шапку на глаза и, ни на кого не глядя, отошел в сторону.

— Из нашего… — забурчала старуха. — Ходят, выспрашивают. В соседнем доме недавно квартиру очистили, пока хозяева на работе. Что творится, что творится… Жалко Наталью-то, — опять запричитала она. — Жить бы да жить. Веселая дамочка была, к ней на квартиру и кино снимать приезжали, сама потом по телевизору видела. Но не зазнавалась, уважительная, всегда здоровалась. Говорят, ещё теплой нашли. Раньше от водки помирали, теперь наглотаются всякого дерьма. Точно, наркотики принимала.

— Язык у тебя… — остановила её другая соседка. — Не болтай, чего не знаешь. Вон Вера идет с милиционером. Сейчас все расскажет.

В дверях подъезда показалась пожилая женщина в расстегнутом пальто. Следом за ней шел милиционер.

Лере показалось, что он, окинув цепким взглядом перешептывающихся людей, остановил глаза на ней. Она сжалась и на негнущихся ногах сделала шаг назад. Потом, задыхаясь, развернулась и торопливо зашагала прочь.

Она шла и чувствовала, что кто-то смотрит ей вслед, пристально, словно держит под прицелом. Лера съежилась, но помешать этому была не в силах.

Голова гудела, как котел. Она вспоминала услышанные в толпе фразы. «Она хотела мне сказать что-то очень важное и не успела. Я не успела… — Колотилась в виске страшная мысль. — Я должна была приехать раньше!»