И вот фрегаты оказались друг напротив друга, разделяемые только черной бурлящей водой. Из-за облака выглянула луна. Вид вражеского корабля намертво запечатлелся в памяти Дринкуотера. Матросы на марсах, офицеры на квартердеке, прислуга суетится у орудий на верхней палубе. Чуть выше головы Натаниэля в мачту ударила мушкетная пуля, потом еще одна, и еще.

– Огонь, – скомандовал он, хотя необходимости так кричать не было. Позади них раздался выстрел с грот-марса, потом выпалила пушка Тригембо. Дринкуотер наблюдал, как по палубе «испанца» пронесся вихрь свинца. Он видел, как человек, похожий в этом причудливом свете на куклу, рухнул с высоты на палубу, где начало расплываться темное пятно. Стоявший рядом с Дринкуотером моряк вздрогнул и осел, привалившись к мачте. Вместо правого глаза на лице у него зияла черная дыра. Натаниэль подхватил выпавший из рук убитого мушкет и вскинул его к плечу. Он целился в темную фигуру на грот-марсе вражеского корабля. Испанец перезаряжал ружье. Спокойно, как на ярмарке в Барнете, Дринкуотер спустил курок. Кремень высек сноп искр и мушкет тяжело отдал в плечо. Испанец упал.

Тригембо закончил заряжать вертлюжную пушку. В момент, когда она выстрелила, луна скрылась среди туч. И тут ужасной силы взрывная волна всколыхнула оба судна, заставив сражающихся остановиться. Это к югу от них взорвался семидесятичетырехпушечный «Сан-Доминго», в одну секунду унеся жизни шестисот человек. Огонь добрался до его крюйт-камеры и вызвал такие ужасные последствия.

Вызванное взрывом замешательство напомнило всем о том, что другие корабли тоже ведут бой. Дринкуотер перезарядил мушкет. Вражеские пули больше не свистели вокруг него. Он поднял ствол. Грот-мачта испанского фрегата как-то несуразно наклонилась вперед. Держащие ее ванты стали лопаться, и громадина мачты рухнула вниз, увлекая за собой крюйс-стеньгу. «Циклоп» оказался впереди врага.