- Ведьмака? - медленно переспросил, по своему обыкновению, Ярмола. - А я знаю?

- Разве у нее не осталось в деревне какой-нибудь родни?

- Нет, не осталось. Да она чужая была, из кацапок чи из цыганок... Я еще маленьким хлопцем был, когда она пришла к нам на село. И девочка с ней была: дочка или внучка... Обеих прогнали...

- А теперь к ней разве никто не ходит: погадать там или зелья какого-нибудь попросить?

- Бабы бегают, - пренебрежительно уронил Ярмола.

- Ага! Значит, все-таки известно, где она живет?

- Я не знаю... Говорят люди, что где-то около Бисова Кута она живет... Знаете - болото, что за Ириновским шляхом. Так вот в этом болоте она и сидит, трясьця ее матери.

"Ведьма живет в каких-нибудь десяти верстах от моего дома... настоящая, живая, полесская ведьма!" Эта мысль сразу заинтересовала и взволновала меня.

- Послушай, Ярмола, - обратился я к полесовщику, - а как бы мне с ней познакомиться, с этой ведьмой?

- Тьфу! - сплюнул с негодованием Ярмола. - Вот еще добро нашли.

- Добро или недобро, а я к ней все равно пойду. Как только немного потеплеет, сейчас же и отправлюсь. Ты меня, конечно, проводишь?

Ярмолу так поразили последние слова, что он даже вскочил с полу.

- Я?! - воскликнул он с негодованием. - А и ни за что! Пусть оно там бог ведает что, а я не пойду.

- Ну вот, глупости, пойдешь.

- Нет, панычу, не пойду... ни за что не пойду... Чтобы я?! - опять воскликнул он, охваченный новым наплывом возмущения. - Чтобы я пошел до ведьмачьего кубла? Да пусть меня бог боронит. И вам не советую, паныч.

- Как хочешь... а я все-таки пойду. Мне очень любопытно на нес посмотреть.

- Ничего там нет любопытного, - пробурчал Ярмола, с сердцем захлопывая печную дверку.

Час спустя, когда он, уже убрав самовар и напившись в темных сенях чаю, собирался идти домой, я спросил: