- Неужели?

- Вот у вас очень тепло: бесподобное изобретение камин. Не будете ли вы в середу у

Калпинской?.. Там иногда бывает приятно.

- В середу… что у нас сегодня?

- Суббота.

- Да, я непременно у нее буду…

"Как бы придраться, чтоб поговорить о любви?" - подумал Онагр, перевертывая шляпу.

- Ваш будуар, - начал он, осматривая потолок и стены, - убран с большим вкусом; это маленький храм… Из него выйти не хочется…

Онагр пристально посмотрел на свою богиню.

- И этот полусвет, - продолжал он, - так располагает к мечтаниям, к лю…

- Господин Иконин, - сказал слуга.

"Черт возьми! - подумал Онагр, - я только было расходился, чудесные фразы пришли в голову, а тут кого-то нелегкое принесло, как нарочно".

- Проси, - сказала Катерина Ивановна слуге, накидывая на себя шаль и поправляя волосы.

- Кто это такой Иконин?

- Один отличный старичок, добродетельной жизни, немножко странный, впрочем, он имеет важное место на службе.

В комнате показался человек небольшого роста, пожилой, с коротко подстриженными волосами, с большими карими глазами и с огромным ртом, в вицмундире с пуфами на рукавах. Он молча подошел к ручке Катерины Ивановны, потом голова его покачнулась на неподвижном туловище, как у автомата; потом рот его раздвинулся до ушей, а веки захлопали - то была улыбка.

- Как я рада вас видеть, Филипп Иваныч! - сказала ему хозяйка.

- Покорно благодарю-с.

- Милости прошу садиться.

Катерина Ивановна придвинула для него стул к дивану.

При взгляде на Онагра голова добродетельного старичка с огромным ртом снова покачнулась. Он сел.

Полминуты безмолвия.

- Как вы в своем здоровье-с?

- Слава богу!

- А супруг ваш-с?

- И он слава богу; его нет дома.

- На службе-с?

- Кажется.

- Много, я полагаю, занятий-с у Дмитрия Васильича?