— Мне не нужны скальпы! Я возьму только оружие, — ответил я.

У одного из убитых я забрал большой обоюдоострый нож, купленный им у Компаний Гудзонова Залива. У другого — заряжающееся с дула гладкоствольное кремневое ружье. Питамакан заполучил другое подобное же ружье, а также лук со стрелами в кожаных чехле и колчане. Мертвые носили мягкие мокасины из выделанной кожи. По ним мы определили, что это кри. Остальные племена прерий носили другую обувь, с подметками из сыромятной кожи. Захваченное нами оружие стало только лишней обузой, но нам оно было необходимо для доказательства совершенных подвигов. Когда наступит следующий О-Кан — великий ежегодный религиозный праздник нашего народа — мы должны будем встать перед людьми и перечислить свои подвиги, так же как и все остальные воины. Причем не только рассказать о них, но и с помощью друзей изобразить основные эпизоды схватки с врагом, а это всегда было волнующим пантомимическим зрелищем.

Кому-то может показаться удивительным, почему я не чувствовал отвращения, забирая у мертвых их снаряжение, или не переживал из-за их смерти. Но, если честно, то я не ощутил ни того, ни другого. Я так глубоко проникся образом жизни народов прерий и столь основательно усвоил, что высшим долгом каждого представителя племени является уничтожение врагов своего народа — что спокойно последовал за Питамаканом к нашим лошадям, испытывая лишь большую радость и гордость за совершенное. И когда мой «почти-брат» снова затянул Песню Победы, я стал ему подпевать.

Нас беспокоило только одно — состояние наших коней, которые нуждались в отдыхе и кормежке. Питамакан сказал, что знает неподалеку к западу хорошее место, где весной образуется небольшое озерцо. Если вода еще не сошла, то оно подойдет для нашей дневки, а если там уже сухо, то нам придется добираться до речек у самых Скалистых Гор.