— Костя, по-моему, змея не может уйти далеко. Щели внизу нет. Давай попробуем сбросить вершину!

— Чем будем сбрасывать, твоим лбом? — раздраженно ответил Костя. — Молчал бы лучше!

Я замолчал, но поднял увесистый камень и принялся бить им по вершине клыка, стараясь свернуть ее в сторону. После нескольких ударов она сдвинулась. Еще удар, и длинная серая змея выскользнула из щели, не задерживаясь спрыгнула с камня на склон и уже завернула за ближайший куст, когда Костя, кинувшись следом, прижал ее хвост сапогом. Изогнувшись, змея вцепилась в сапог. Костя спокойно нагнулся и взял ее рукой.

— Что ты делаешь? — в ужасе завопил я. Костя бережно вытащил змею из-под сапога и, улыбаясь, ответил: — Не нужно таких бурных эмоций, дружок. Это краснополосый полоз. Он не ядовит.

Сейчас я тоже знаю всех ядовитых и многих неядовитых змей, которые встречаются в пределах СССР, и издали отличаю ядовитую змею от неядовитой, даже не беря ее в руки, но тогда Костя показался мне настоящим волшебником.

Вершина ущелья упиралась в обрывистый склон Кугитангтау. Нам пришлось вылезать на поперечный хребет. Склон хребта был такой крутой, что мы карабкались вверх, цепляясь за колючие ветки боярки и дикого миндаля. Вдруг Костя, поднимавшийся правее меня, вскрикнул и исчез за камнями. Я думал, что он сорвался, и поспешил к нему на помощь. Выбравшись из-за камней, я увидел, что Костя лежит вниз головой. Одна рука его зацепилась за камень, а другая попала в глубокую щель.

«Наверное, ушибся так, что потерял сознанием», — мелькнуло у меня в голове. Костя мог сорваться и сильно разбиться. Не раздумывая, я кинулся к нему, но тут Костя зашевелился, медленно перевалился на бок и осторожно вытянул из щели какую-то змею.