"Пойду сам сделаю операцию", - решил Ефим.

Соня встретила восклицанием:

- Ну вон как скоро! А ты боялся...

- Не шуми. Сейчас будем сами резать. Вскипяти воду, положи туда ножик... В общем, я буду подсказывать.

- Да ты чо, Ефим!.. - заговорила было Соня, но Ефим так глянул на нее, что та осеклась на полуслове.

- Хватит! Надоело мне с ним нянчиться. Ребятишки в школе?

- В школе.

- Запирайся на крючок и... устроим полевой лазарет.

- Я не буду, Ефим. Я боюсь.

- Чего боишься?

- Резать боюсь. Ты чо, сдурел?

- Да чо тут бояться-то?!

- Не буду, - уперлась Соня. - Мы же заражение сделаем.

- Прокипятим как следует - никакого заражения не будет. Как в войну резали!.. - прямо в окопах.

- У врача-то не был?

- Не пойду я к врачу. Все. Давай сами. Сейчас за милую душу операцию сварганим.

- Не дури, Ефим. Хошь, я сама схожу в больницу и приведу кого-нибудь прямо здесь вырежут. И никто не узнает...

- Опять за свое?! - взорвался Ефим. - Говорят дуре такой - не могу, дак нет - свое! Кипяти воду!

Соня тоже была упрямая баба.

- Не дурачься - не дурней тебя. Черт недорезанный... Заражение сделаем куда потом одна с ребятишками-то денусь? Только о себе думает! Вон какие люди хворают, да и то к врачам ходют, а он, видите, не может свой зад показать. Кому он нужен к черту!.. там глядеть-то не на что...

Ефим как-то непонятно спокойно посмотрел на жену. Сказал:

- Выйди на пять минут за дверь. Мне надо ее обследовать перед зеркалом.

Соня, в свою очередь, подозрительно взглянула на мужа.

- Чего затеял?

- Выйди, я ее смотреть буду! Что, шибко охота глянуть?

- Тьфу! - Соня вышла.

Ефим достал из сундука чистую простынь, расстелил на полу, приспустил штаны... Постоял, подумал... Отошел немножко, разбежался и сел с маху на простынь. И еще проехался маленько...