Подобно рыбке, которую, несмотря на страх, так и влечет к червяку, Лиам-Пат чувствовал, как затягивает его Фини в сети своего красноречия.

? Господи, да ты и сам сможешь стать Великим Героем, ? как-то давно, когда они разносили ночью те журнальчики, похвалил его Десси Коглан.

Лиаму-Пату уже приходилось видеть придорожный крест, поставленный в память о жизни и смерти Великого Героя; а всего за несколько недель до того он посмотрел и фильм о нем. И теперь, ощущая затылком стену и неотрывно глядя на Фини, мысленно видел, как идет он размашистым шагом Майкла Коллинза. Заверения и обещания, имена знаменитостей, которыми сыпал Фини, произвели на него сильное впечатление, и все же он произнес:

? Так ведь наверняка кто-нибудь да пойдет мимо в эту самую минуту.

? Никто, парень, никуда не пойдет. Для того и выбрали воскресный вечер, чтоб наверняка. Вокруг одни только пустые конторы, даже сторожей возле них не будет. Все учтено.

Фини рывком поднялся с кровати. Он махнул рукой, и Лиам-Пат встал. Ничего не записывай, вновь сказал Фини. Теперь до назначенного дня никого, кроме Лиама-Пата, в доме не будет.

? Ничего не записывай, ? еще раз повторил Фини свой наказ. ? Потом тебя будут допрашивать. Возможно, полицейские сядут на тот же поезд. Или встретят на причале, когда ты туда доберешься.

? И что же я им скажу?

? Что едешь на Рождество домой, в графство Корк, что сроду не бывал в том месте, про которое они тебя расспрашивают. И слыхом про него не слыхивал.

? А вдруг они спросят, знаю ли я тебя? Или мистера Мактая?

? Они и имен-то таких знать не будут. Если потребуют кого-то назвать, называй парней из своей бригады, тех же Рафферти и Нунана, да любые имена, какие слышал в пивных. Если уж и не знаешь, кого еще перечислить, назови Фини и Мактая. Они все равно не поймут, о ком ты говоришь.

? Это, стало быть, ненастоящие ваши имена?

? С чего им быть настоящими, а, парень?

Поначалу Лиам-Пат твердо стоял на том, что он с этим делом не справится, но Фини все говорил и говорил, и слова его превращались в сознании Лиама-Пата в образы, причем сам он неизменно оказывался в центре событий, и в конце концов Лиам-Пат ощутил незнакомое возбуждение.