Поэтому я абсолютно убежден в важности обсуждения и осмысления этого явления.
- При каких обстоятельствах письмо было опубликовано?
- Недели за две до 24 февраля я выступал в посольстве Индии по теме "Толстой - Ганди: идея ненасилия". Из зала прозвучал вопрос: "Как вы намерены реагировать на столетнюю дату?" Я ответил, что написал такое вот письмо и жду ответа.
Человек, задавший вопрос, видимо, запомнил эту ситуацию, позвонил мне 23 февраля и поинтересовался, не получил ли я ответа. Услышав, что нет, он выразил мнение, что в таком случае я могу считать себя свободным от каких-либо обязательств. И если обращение нейтрально, то не имеет ли смысла его обнародовать, потому что оно нужно многим людям?
Тогда я не думал об этом, но согласился, посчитав, что, вероятно, он прав. После этого текст письма дали в ИТАР-ТАСС, ну а дальше пошло...
Если бы не такое стечение обстоятельств, я бы и не додумался предать его гласности.
- Одна "догадка" по вашему адресу гласит: при помощи письма Толстой решил "подкатиться" к Патриархии, стать поближе к церковной власти, заручиться ее поддержкой...
- Ну, это еще более абсурдно, потому что меня вполне удовлетворяют и место, и статус, которые я занимаю. В том числе полностью удовлетворяют отношения с моими духовными наставниками.
Просто - куда еще мог я обратиться с подобным вопросом? Логично же, что если столетие назад коллегиальное решение было принято Священным Синодом, то сегодня я тоже могу обратиться только к ныне действующему Синоду. Или Патриарху как человеку, возглавляющему Русскую Православную Церковь.