Какое разнообразие, какая пышность одежд и головных уборов! Вот один вельможа в плаще желтого цвета, на котором изображены красные головы чудовища, беседует вполголоса с другим важным лицом. На плаще его собеседника вытканы изображения морских раковин на светло-голубом фоне. Эти рисунки обрамлены двумя рядами перьев – темно-синим и белым. Нижний край одеяния оторочен бахромой из кроличьей шерсти, выкрашенной в красный цвет. Находящийся рядом пожилой жрец носит на своем темно-зеленом тильматли (плаще) изображения человеческого черепа и скрещенных костей. Куда ни взглянешь – всюду вытканные или составленные из перьев эмблемы: солнце, нефритовые диски, рыбы, кактусы, кролики, бабочки, геометрические мотивы, ягуары, змеи. На руках и ногах у присутствующих золотые браслеты, на груди – цепочки и пекторали из того же металла. У одних в руках веера, у других букеты свежих цветов. Немало в этой толпе и женщин.

У всех в одежде отсутствует лишь один цвет – бирюзовый. Тильматли такого цвета может носить только один человек – владыка Теночтитлана!

Переходим в другое помещение. Это так называемый «зал оружия» – своеобразная оружейная палата ацтекских правителей. В ней мы можем видеть и боевые мечи из твердого дерева, в которые вделаны лезвия из обсидиана, и палицы, и дротики, и копье-металки. Многие из них богато украшены перламутром, золотом и драгоценными камнями. Следует упомянуть и о своеобразных, искусно свертывающихся щитах, которые удобно переносятся и чрезвычайно быстро развертываются в случае необходимости. В соседней комнате на стенах висят великолепные костюмы «воинов-орлов» и «воинов-ягуаров», шлемы их сделаны в виде больших голов птиц и животных с широко раскрытыми клювами и пастями. Здесь же свалены кучами и ватные панцири – длинные рубашки, простеганные пучками хлопка. Они достаточно хорошо защищают от дротиков и камней, которые метают из пращи. Рядом суетятся, пересчитывая обмундирование, особые надзиратели, а в стороне стоит главный управитель дворца с инвентарной книгой. Во дворце Метокусомы ведется строгий учет всего находящегося в кладовых. Оставим надзирателей и выйдем в сад или, скорее, в парк – так обширен он и разнообразен.