— Помедленнее, Луиджи, не торопись…

Бедный Луиджи уже давно понял, что от него требуется.

Но хозяин снова и снова говорит: «Быстрая езда — несолидна», — и каждый раз со словами «да, ваше превосходительство» Луиджи слегка касается педали тормоза.

Длинный черный лимузин въезжает в город, вот он приближается к громаде Арсенала, на фасаде которого укреплен изъеденный временем рекламный щит. Де Витис выпрямляется на широких кожаных подушках и командует:

— Ну-ка подъедем поближе, вот так, хорошо… — и читает по слогам бесчисленные надписи — «Фиат 650»… «Гранна Пьяве»… «Джинджер Эль»… «Ты пользуешься Клинекс?»

Наметанный глаз прокурора равнодушно скользит по давно известным ему рекламам, однако при виде новых его охватывает нетерпение, а добравшись до раздела кинореклам, интересующего его больше других, он ощущает дрожь во всем теле, он уже не просто внимателен, а прямо-таки взволнован: «Я — Миа»… «Звездные войны»…

— Хорошо, хорошо, едем дальше… «По ком звонит колокол»… Смотри-ка! «Железный префект»…

Но все как будто в порядке, сегодня утром тут нет ничего такого, что требует его немедленного вмешательства. Правда, на афише фильма «Прямиком к удовольствию» выглядывающий из постели женский зад, пожалуй, слишком привлекает внимание, становится как бы эротическим центром композиции, но, в сущности, это всего лишь силуэт, к тому же греховная часть проглядывает сквозь решетку крупных, близко поставленных букв названия. И потом, это старый фильм, из которого уже многое вырезано, — новые придирки были бы смешны или даже привели бы совсем к противоположному результату. Бесполезные меры всегда ослабляют воздействие мер необходимых.

Де Витис велит ехать дальше. Через несколько дней у него действительно появятся заботы. Вот-вот разразится летний сезон, и лучше приберечь карающие удары к началу пляжного столпотворения. Тогда уж в мишенях недостатка не будет.