Мысли о событиях на канале не выходили из головы. Вновь и вновь перед глазами возникали кровавые картины, очевидцем которых он был еще только вчера: расправа с демонстрантами, героизм безоружных людей…

В ушах не переставал звенеть негодующий голос молодого патриота:

— Где правительство? Что же это такое? Призывают к борьбе, а сами…

В полном замешательстве Иса едва нашелся, что ответить ему:

— Да, ты прав… Поэтому, собственно, я и здесь…

— Где оружие? — гневно воскликнул юноша. — Почему его нам не дают?

— Пока нет возможности, положение правительства крайне щекотливое…

— Ну, а нам каково? Что делать тем, у кого разрушены дома?

— Я знаю об этом, — ответил Иса. — И наши лидеры тоже знают. Необходимо терпение, мы сделаем все, что только в наших силах.

— Ну что ж, желаю удачной поездки…

Какой злой насмешкой прозвучали для Исы эти слова!

Однако что же все-таки происходит в Каире?

У вокзала не оказалось ни одного такси. Привокзальная площадь была заполнена шумевшей толпой, раздавались проклятия по адресу англичан.

Жара спадала. Над городом нависли тяжелые тучи, но было душно.

Все лавки и магазины были закрыты, как во время траура. На горизонте поднимались клубы густого дыма…

«Наверняка что-то случилось…» — снова с тревогой подумал Иса.

Остановив бежавшего навстречу мужчину, он спросил:

— В чем дело? Что здесь происходит?

Тот растерянно ответил:

— Форменное светопреставление…

— Демонстрации протеста? — настойчиво допытывался Иса.

— Да нет же, — не останавливаясь, крикнул незнакомец, — поджигают дома, громят магазины…