В течение нескольких дней интенсивной работы всех без исключения членов Военного совета армии решался вопрос, можно ли подсовывать легендарному военачальнику в качестве переводчика сержанта. При этом одна половина высказывалась «за», имея в виду, что и сам маршал вышел из народа, а другая была категорически против, предлагая для пользы дела вырядить меня в майорскую или — на худой конец — капитанскую форму. Конец грозящим затянуться до бесконечности дискуссиям положил член Военного совета — начальник политотдела армии, обладавший, как и все партаппаратчики его ранга, правом решающего голоса.

— Мундир старшего офицера, пожалуй, слишком, — решительно сказал этот великий человек, — а вот на старшего лейтенанта он точно потянет!

Сказано — сделано. Уже через час под личным присмотром начальника гарнизонного военторга

Подобное мгновенное и невиданное в войсках, пусть и формальное, повышение в воинском звании сыграло важную роль в моем становлении как настоящего военнослужащего. С сознанием величия и знаменательности событий, невольным участником которых мне пришлось стать, отбыл я на отведенное рабочее место, чтобы поразить неосведомленных о происходящем офицеров штаба, переодеться и заняться прямыми обязанностями до момента прибытия высокого гостя и сопровождающих его лиц.

«Сибирячок»

О том, что мне надо быть на вокзале, куда прибывал литерный поезд с маршалом и его свитой, я узнал буквально за час. На станцию я примчался с работы, наспех нацепив на себя повседневную офицерскую форму, понятия не имея, что в качестве участника проверки мне надо было, как минимум, иметь на себе китель, кавалерийские сапоги и кавалерийскую же портупею

С трудом и не без интенсивной помощи порученца, генерал-полковника, главный инспектор ступил своими подгибающимися ножками на асфальт перрона, с чувством вдохнул воздух, пропитанный стойкими ароматами мест общественного пользования, и засеменил в сторону нашего строя. «Сми-и-ирна!» — скомандовал правофланговый — наш командующий и громко отрапортовал высокому гостю нечто, понятное только тем, кто провел в рядах Вооруженных сил не один десяток лет. Маршал лучезарно улыбнулся, пожал командующему руку и начал обход строя, милостиво кивая вытянувшимся перед ним по струнке местным генералам.