Это — первое, что я сделал, перебравшись через холм. Запомните, первейшая мера безопасности, коли вы повстречались с бандитом, — быстренько назвать свое имя. Иногда это может уберечь от удовольствия схлопотать пулю по ошибке. Но теперь, видать, мне остается одно — сматывать удочки и поскорее убираться отсюда, пока Экер не вернулся обратно и не устроил в мою честь салют из пары кольтов. Так что я сейчас же сворачиваю одеяло и… Но, черт возьми, у меня ведь нет своего одеяла! Значит, просто выведу из конюшни мустанга и тут же дам деру.

— Иди в дом, Лэнки, и забери одеяла, которыми здесь пользовался, — остановил его Дэн Порсон. — Они — твои. Но зачем тебе ехать прямо сейчас, на ночь глядя? Да и вообще, стоит ли уезжать? Для нас ты — просто находка, Лэнки. Ты приносишь удачу. Нам будет очень тебя не хватать.

— Весьма любезно с твоей стороны, — заметил Лэнки.

Он повернулся и выжидающе посмотрел на старого Джеффа Порсона.

Тот, опустив голову, буркнул:

— Иди и возьми одеяла. Они — твои, как сказал Дэн. Но я не буду уговаривать тебя остаться. Кто знает, может, ты больше несчастий на нас навлечешь, чем принесешь удачи, если застрянешь тут…

— Что ты хочешь этим сказать, земляк? — осведомился Лэнки, нарочито растягивая слова.

— Ты сам все прекрасно понимаешь, и я не стану ничего объяснять, — ответил старик.

В сгущающихся сумерках Лэнки быстро зашагал к дому для рабочих. Когда он уже добрался до двери, навстречу вышел повар и громко ударил в большой обеденный колокол, приглашая всех к столу.

Джефф Порсон вдруг хитро подмигнул:

— Эй, парни! Кто хочет увидеть забавную штуку, идемте за мной. Но, чур, осторожно! Ступайте мягко, без всякого шуму. А лучше снимите ботинки, если хотите кое-что увидеть. Эй, кок, — скомандовал он повару, — продолжай бить в колокол, понял?

С этими словами — в то время как повар и дальше вызванивал обеденный сигнал — старик направился к дому, а за ним, крадучись, и все остальные.