И тем не менее Матапаль был королём.

Он был королем королей. И если бы поставить всех королей по рождению друг на друга, на них поставить королей по профессии, для полного ансамбля прибавить к ним наиболее добросовестных королей экрана и королей биржи (я не буду говорить о шахматных королях, королях бокса, королях мод, королях взломщиков и прочей мелочи), то получился бы такой столб, что самый верхний король мог бы свободно сбросить пепел своей сигары в первый попавшийся под руку лунный кратер.

И всей этой кучей королей владел Матапаль Второй, сын Матапаля Первого, гуталинового короля, и королевы экрана Настурции Джимперс.

Кажется, на месте Матапаля можно было бы себя чувствовать весьма недурно и даже изредка позволять себе скромные развлечения.

Однако не было в мире человека так бешено занятого, как он.

Всё его время было размечено по хронометру.

От двадцати двух минут первого до трёх минут второго он выслушивал ежедневный доклад второго секретаря.

- Продолжайте,- сказал Матапаль второму секретарю, подставляя кончик папиросы под огонёк, вспыхнувший в пальцах предупредительного лакея.- Я вас слушаю.

Второй секретарь Матапаля, стоивший не менее двадцати миллиардов долларов, пожилой господин, по слухам, владеющий Австралией и половиной Китая, вынул из коробочки ментоловую лепёшку и положил её под язык, которому не хватало порции зелёного горошка, чтобы быть похожим на большой кусок свежей ветчины.

Он сказал:

- Генеральные маневры наших соединённых эскадр. Тихий океан.

- Прошу вас,- наклонил голову Матапаль.

Второй секретарь подошёл к распределителю, нажал кнопку 3B, и вслед за тем небольшой алюминиевый экран над бюро Матапаля осветился фиолетовым светом. По экрану побежала мраморная морская зыбь.