Второй секретарь подошёл к распределителю.

- Доки Реджинальд-Симпля. Девяносто линейных кораблей. Шестьдесят тысяч рабочих. Работа производится в две смены круглые сутки.

Второй секретарь нажал кнопку. На экране возникло предместье Реджинальд-Симпля. Среди серых кубов домов и труб, транспарантов кабелей, черепичных крыш, стеклянных и стальных стен легко и воздушно стояли броневые решётки доков и грациозные конструкции кранов. Второй секретарь повернул рычаг, и панорама местности легко и неторопливо поплыла перед глазами Матапаля.

Вдруг Матапаль быстро перебросил ноги с ручки кресла на пол, и его затылок побагровел.

- Что это значит?

Второй секретарь приподнял левую бровь.

- Дым... что это значит? Трубы...

Матапаль бросился к распределителю и остановил движение панорамы.

- Я не вижу дыма. Я не вижу движения людей. Я не вижу работы. Что это значит?

Второй секретарь кинул в рот две лепёшки и кончиками пальцев тронул седеющие виски. Он не шевелился.

- К чёрту лепёшки!..- завизжал Матапаль.- Говорите, что это значит?

Второй секретарь быстро выплюнул лепёшки в руку и пробормотал:

- Мы не предвидели... Мы не предполагали... что они пойдут на это...

- Вы не предполагали? - грозно воскликнул Матапаль.

- Но Галифакс гарантировал...

- Галифакс осёл и негодяй! Но куда смотрели вы, милостивый государь? И почему я не был своевременно поставлен об этом в известность?

- Я был в полной уверенности, что Галифакс...

- Довольно! Оставьте свои оправдания при себе. Срок вашего доклада истёк. Но, ввиду важности событий, я даю вам лишних десять минут. Их требования? В двух словах.

- Они требуют всеобщего разоружения, восьмичасового рабочего дня и всех политических прав.

- О! И вы молчали?