— Ну, это еще куда ни шло. И сколько он тебе должен?

— Я купил права на одного парнишку-боксера в Пасифик-Пойнте. Тарантини тоже вошел в долю, но денег не заплатил.

— Ну вот видишь, у тебя уже лучше получается. Но надо еще лучше. Придется тебе пойти со мной.

«В страну теней, что за рекой», — подумал я и спросил:

— И где ты остановился? В морге?

С ввалившимися висками под черной шляпой, с тонкими, восковой белизны крыльями носа, его лицо все больше напоминало мне маску смерти.

— Заткнись, если на своих двоих идти хочешь. А то придется тебя отнести. — Он быстро нагнулся, подхватил с пола мой револьвер и сунул в карман.

Он провел меня перед собой через гостиную.

— Ты здорово здесь поработал, — заметил я. — Тебе бы при кухне устроиться — кур потрошить.

— Я и людей могу. Видел, как это делается. С теми, кто слишком много болтает. — И он сильно ткнул меня стволом пистолета в поясницу.

Мы с трудом втиснулись в тесную клетушку лифта, спустились вниз, пересекли пустой холл и вышли на улицу. Дома вокруг словно впитали в себя черноту ночи, и свет в окнах уже не казался приветливым. Идя чуть сбоку и на шаг сзади, он отконвоировал меня к машине, ждавшей в полуквартале от дома.

7

Малый за рулем на вид был типичным головорезом. На затылке у него вздулся здоровенный карбункул. Лишь однажды, когда я залезал на заднее сиденье, он окинул меня безразличным взглядом и больше не обращал на меня внимания. Когда он включил фары, я заметил, что у машины бронированное ветровое стекло — оно имело характерный зеленовато-желтый оттенок.

— К Даузеру? — хрипло спросил водитель.

— Угадал, — ответил мой провожатый.

Длинный черный автомобиль катился мощно и быстро. Мой спутник сидел в противоположном углу кабины, держа руку с пистолетом на колене. Сидя в своем углу, я вспомнил одного бригадного генерала, с которым я познакомился в Колоне во время войны.