Старик вздрогнул и, отвернувшись от Мортона, смерил ее неодобрительным взглядом:

— Потрясение, говорите? — Илай Смит так и буравил ее черными глазками. — Ах, потрясение… Ну да, конечно. У меня неприятностей и так выше крыши. Мне хватило… тем более здесь. Ей нечего здесь делать, совсем нечего! Кто-то нарочно приволок ее сюда и бросил, вот что я думаю. Какой-нибудь мерзавец нарочно мне напакостил, подстроил, чтобы я ее нашел… Так нечестно!

Старик все больше волновался. Джесс решила на время оставить его в покое и едва заметно кивнула Мортону.

— Пока достаточно, мистер Смит, спасибо. Пойду взгляну на нее. Если вам не трудно, расскажите обо всем, пожалуйста, еще раз. Сержант запишет ваши показания. Заодно сообщите свои данные: адрес, телефон…

Илай Смит встревоженно покосился на Фила:

— Мне придется что-то подписывать?

— Не сейчас. Попозже, когда мы распечатаем ваши показания. Либо вы придете в участок, либо мы сами к вам заедем, — сказал Мортон.

— А-а… — протянул Илай и снова отвел глаза в сторону.

— Что-то не так, сэр?

Илай шмыгнул носом:

— Писать-то я не умею… Ничего, если крестик поставлю?

По раскисшей грязи осторожно пробирались фигуры в белых халатах. С огромным трудом они добрались до открытого коровника и зашли внутрь. Между стойками отсутствующих ворот успели натянуть сине-белую заградительную ленту. Обнесенный участок охранял констебль. Увидев Джесс, он услужливо приподнял ленту, чтобы инспектору легче было под нее поднырнуть.

— Как ваша фамилия? — спросила она.

— Уикем, мэм!

— Вы не в курсе, кто принял звонок?

— Нет, мэм. Кто-то позвонил в дежурную часть. Они передали сигнал нам с Джеффом Мюрреем — наша машина находилась ближе всех. Мы сразу же приехали сюда и увидели старика… — Уикем показал на Илая Смита.