— И ты заранее узнаешь?

— Это очень трудно, но попробую.

Коля понял, что речь идет о его отце. Может быть, человек, который разговаривает с дядей Никитой, принадлежит к подпольщикам? Но почему он говорит с дядей Никитой о таких важных вещах? И вдруг Коля вскочил. Ведь накануне своего ареста мать тоже встречалась с дядей Никитой. Нет, она не была у него дома. Она ходила к нему в городскую управу, но, когда вернулась, была очень взволнована. Несомненно, дядя Никита завлекает, а затем предает людей. Надо предупредить того, кто там, за стеной. Он, наверное, не знает, что дядя Никита сегодня выдал гестаповцам человека!..

— Эту операцию мы должны обязательно провести, — опять сказал тот же голос, — придется бросить на нее всю группу! Но сам понимаешь: маленькая оплошность — и мы окажемся в ловушке…

— Да, тут нужна полная внезапность, — ответил Никита Кузьмич, и Коле показалось, что он усмехнулся.

Опять помолчали.

— А как же быть с парнем? — спросил Борзов.

— Держи его пока у себя.

— Говорит, сбегу…

— Сейчас нам его взять некуда. С месяц пусть у тебя поживет.

— Придется держать под замком.

— Это уж слишком.

— Посмотрю. Если обвыкнется, тогда другое дело… Пей, пей чай, а то остынет.

— Какой уж тут чай! Скоро убираться надо. Дик привязан?..

— Привязан.

— Страшная у тебя собака!

Никита Кузьмич засмеялся:

— Да уж! Для такой жизни самая подходящая.

Послышался стук отодвигаемого стула.

— Вот что, Геннадий Андреевич…

— Не Геннадий Андреевич, а Павел Мартынович, — поправил Никиту его собеседник.

Коля чуть не крикнул от радости. Конечно же, это голос Геннадия Андреевича, одного из учителей школы, в которой он учился!

Может быть, сейчас закричать, затопать ногами, позвать его на помощь? Рассказать всю правду о дяде Никите? Ну, а если дядя Никита убьет Геннадия Андреевича, когда увидит, что тот о нем все знает? Нет, надо молчать, терпеть и слушать…