"Легкость сочинений такого рода, - как говорит князь Одоевский, - подняла снизу всю литературную тину; люди, едва знающие грамоте, и люди, знающие ее, но без поэтического призвания, люди без всякого образования и люди со знаниями, достаточными для составления букваря или азбуки, которые могли быть весьма полезными по сей части, - все пустились в сатирические, историко-нравственные и фантастические произведения разного рода. В этих произведениях..." и проч. до "все несуществующее в наших нравах".

Замечательно также следующее место: "Названия наук, неизвестных нашим сатирикам (прибавим: и критикам), служат для них обильным источником для шуток, словно для школьников, досадующих на ученость своего строгого учителя; лучшие умы нашего и прошедшего времени: Шамполиов, {10} Шеллинг, Гегель, Гаммер, и особенно Гаммер, снискавшие признательность всего просвещенного мира, обращены в предметы лакейских насмешек, "лакейских" говорим, ибо цинизм их таков, что может быть порожден лишь грубым, неблагодарным невежеством" ("Соч кн. Од", том III-й, стр. 365).

Назидательно, право! Особливо когда посмотришь, что эта статья была написана и напечатана в "Современнике" Пушкина в 1836 году!

Критика "Маяка" {12} на сочинения князя Одоевского - такая прелесть, которой нельзя читать без истинного наслаждения. "Маяк" восхищается! Он без шуток находит "Русские ночи" весьма согласными с тем, что "Маяк" называет своим "учением". Но сочинитель "Русских ночей", верно, не ожидал себе такого комплимента; но, впрочем "Маяк" строг и справедлив - он, похвалим, однажды обращает внимание автора на изящные статьи, помещаемые в самом "Маяке", {13} - этом двигателе не только просвещения, но также и образованности, чего по его велелепному учению никак смешивать не подлежит. Жаль только, что пропущен эпиграф в статье "Маяка" о "Сочинениях князя Одоевского", а кажется вот был бы вполне приличный:

Изрядно!.. сказать не ложно,

Тебя без скуки слушать можно!

А жаль, что не знаком



4 из 7