Сэм повернулся на левый бок. Его ягодицы коснулись Барбары. Оба засмеялись и немного отодвинулись друг от друга. Сэм вынул вставные челюсти и положил их на тумбочку. Не прошло и двух минут, как он уже тихонько похрапывал.

Йенс Ларсен яростно проклинал армию Соединенных Штатов сначала на английском, потом на ломаном норвежском, которому научился от своего дедушки. Но даже в эти мгновения он понимал, что несправедлив: если бы военные не захватили его, когда он пробирался через Индиану, то он, скорее всего, погиб бы, пытаясь попасть в Чикаго в самый разгар осады.

И даже сейчас, после того, как генерал Паттон и генерал Брэдли сумели отбить все атаки ящеров, ему не разрешили вылететь в Денвер, чтобы он мог вернуться в Металлургическую лабораторию. И снова военные представили ему весьма веские причины отказа — в Соединенных Штатах гражданская авиация прекратила свое существование. В небе доминировали ящеры.

— Адский огонь, — пробормотал он, цепляясь за поручни парохода «Дулут Квин», — проклятые солдафоны даже не пожелали сообщить мне, куда они съехали. Пришлось отправиться в Чикаго, чтобы самому все узнать.

Ларсен с трудом сдерживал раздражение; ему казалось, будто служба безопасности совершенно свихнулась. Ему запретили послать короткую записку персоналу лаборатории и сообщить жене, что он остался в живых. И снова кретины военные привели ему абсолютно железный довод: Металлургическая лаборатория является последней надеждой Америки на производство атомной бомбы, аналогичной той, что ящеры сбросили на Вашингтон. Без нее война с инопланетянами будет проиграна. Поэтому никто не имеет права привлекать внимание к Металлургической лаборатории, или входить в контакт с ее работниками — вдруг ящеры перехватят сообщение и сделают соответствующие выводы.

Йенс Ларсен получил вполне осмысленные приказы и не мог их нарушить. Но как же он ненавидел военных!