Митинг на ЗИЛе. На «Трехгорке». В Киеве и в Новосибирске.

По всей Советской стране советские люди протестовали против американской агрессии во Вьетнаме.

И в первых рядах молодежь.

— Мы знаем, что такое война.

И кадры войны и горя.

Разбитый Киев.

Блокированный Ленинград.

Новиков смотрел не отрываясь.

Дальше шли кадры Победы и Освобождения.

И уже возвращаются солдаты, и женщины обнимают их. Мир.

— То же самое будет на многострадальной вьетнамской земле. Придет время — будет победа!

И вновь шли партизаны на боевое задание, будто шел весь народ Вьетнама.

Зажгли свет в зале. Зал был небольшой, человек на двадцать, народу и того меньше — шесть человек. Все смотрели на пожилого мужчину.

Мужчина помолчал. Подумал. Сказал:

— Виктор Александрович, здесь будем разговаривать или пройдем ко мне?

Виктор Александрович, режиссер, к которому был обращен вопрос, наклонил голову.

— Как вам удобнее.

— Ну что ж, — сказал пожилой мужчина, — я думаю, здесь можно поговорить. Какие будут мнения?

Все молчали, и он заговорил сам.

— У меня такие замечания… в первой половине… Женщина в очках достала блокнот и приготовилась записывать.

— …В первой половине надо сделать упор на демонстрации рабочих… показать стачки, пикеты, голод, социальную разницу двух миров. Подчеркнуть ее! Материал у вас найдется?

— Найдется, найдется!.. — закивали и ответили в несколько голосов.

— Подберите. А студентов поменьше, зачем этих волосатиков показывать? Покажите хорошие рабочие лица. Мужественные, простые!..

— Но ведь в Америке, например, студенты, они… — начал было режиссер.

— Мы знаем роль студенчества, но не надо ее раздувать и превращать борьбу за социальный прогресс в занятие какой-то интеллигентской прослойки, это — политический аспект. В борьбе участвуют широкие массы, и прежде всего надо подчеркнуть направляющую силу — рабочий класс!