Но однополчане бывают разные…

Целые легенды слагают фронтовики о безмолвных спасителях и верных друзьях. Грозных или заботливых, в зависимости от задач, на них возложенных. Друзьях железных, угловатых, но таких родных, надёжных. Гвардейский реактивный миномёт и трудяга-грузовик, пушка-говорунья и отполированный мозолистой ладонью штатный автомат. Эти стальные сослуживцы тоже хлебают лиха. Даром, что без плоти-крови. И металл имеет свойство уставать… Благодарные бойцы частенько присваивают бездушной единице вооружения имя личное. Величают уважительно: «Катюшей», «Максимом», «Макаром». И становился тогда серийный образец с заводским номером близким фронтовым другом.

Никаких «Катюш» в нашем подразделении КГБ не числилось, однако и у нас была своя стальная колёсная подруга – полевая кухня.

Звали мы её ласково – Глаша.

Расформировывали команду «Скат», скомплектованную из представителей МВД. Вороватая структура… Возможно, поэтому аббревиатура их министерства всегда звучала в транскрипции сотрудников «конторы» уменьшительно ласкательно – «мэндэвэ».

Идёт из Союза новая техника в Кабул. Они её сопровождают, стерегут и, одновременно, когда что понравится, берут себе. Изымают, к примеру, автомобиль «Волга», немножко простреливают и геройски докладывают:

– Во время транспортировки попали в засаду душманов. Одна машина серьёзно повреждена. Простите. Извините. Слава Богу, остальные целыми доставили, и сами все живы.

А машину отгоняли обратно в Союз и по отработанным каналам всё шло, как положено…

В Афганистане они как бы служили в составе отдельных частей, как бы советниками местной милиции – царандоя. Обеспечение автономное: при себе полевые кухни, электростанции, радиостанции. Командование – человек двадцать. Старшим – чин не ниже заместителя начальника УВД.

В части, расположенной в Айбаке, командир был из Украины. Он считал себя дважды полковником. Первый раз ему звание присвоили, когда уезжал в Афганистан. Прибыл – вслед реляция пришла повторно.