В этот день женщина как личность и как человек перестала интересовать ученого из лаборатории мозга. Если только в качестве респондента или испытуемой. Генрих поклялся, что больше никогда никого не станет любить. Конечно, многие люди давали себе клятвы. Но поверьте, обет человека, который посвятил свою жизнь изучению реакций головного мозга на все происходящее вокруг, – совсем другое дело.
Обет
Мозг человека и высших животных защищен несколькими оболочками от возможных внешних повреждений. А от тех, которые идут изнутри организма и через органы чувств? Хуже всего обстоит дело с влияниями «изнутри организма».
Генрих не просто поклялся. Через пару недель усилием воли он почти вернулся в прежнее состояние. Это было состояние независимости, полета и открытий. То, что ему довелось пережить с Эльфирой, казалось ужасной глупостью, неэффективной тратой времени... Нельзя сказать, что боль предательской любви к обыкновенной проститутке покинула сердце ученого в один миг. Иногда она врывалась в душу острой тоской и задавала вопросы, которые начинались со слова «если». Генрих старался не расслабляться, убеждая себя, что для него этого слова не существует. В научной работе, экспериментах, которые проводятся на микроскопических объектах, требующих высочайшей точности, этому «если» места нет. Настройки, которые Генрих пытался установить в своей голове, периодически давали сбой, и тогда он возвращался мыслями к Эльфире. В эти минуты его лицо приобретало особенное выражение, которое безошибочно распознавала Арина.
– Успокойтесь, Генрих! – властно приказывала домработница. И для страховки произносила еще одну фразу: – Не исключено, что в эту секунду у вашей мечты в постели еще более выгодное предложение, чем в тот раз.