Домработница Арина изо всех сил старалась помочь хозяину выйти из мучительного состояния. Надо отдать ей должное, она ни разу не упомянула имени бывшей любимой ни в каком контексте. Лишь иногда, видя, как ученый задумчиво подносит к переносице указательный палец, Арина напоминала:

– Генрих! Не забывайте, вам надо работать. Вместо глупостей, на которые вы тратите время, подумайте о том, что от вас зависит, может быть, судьба всего человечества!

Если это пока и не было правдой, то вполне могло бы стать ею в течение нескольких лет.

Терапия Арины помогала на короткое время, да и сами эмоции притупились от постоянной борьбы с ними. Но иногда в глазах Генриха вдруг вспыхивала такая глубинная тоска, что у Арины разрывалось сердце. «Хоть бы ты в церковь сходил, помолился, как заколдованный стал...» – думала она про себя, не рискуя высказать эти мысли вслух. Тем не менее она оказалась недалека от рецепта обретения равновесия. Для полного излечения от любви к продажной девке понадобилось почти полгода. Как ни странно, помог улыбчивый батюшка, которого Генрих встретил в кабинете у своего приятеля Бориса. Тот занимался мусором, благотворительной деятельностью, помогал какомуто монастырю и интересовался новыми разработками лаборатории Генриха. Мусорщик не был фаталистом, но уверенно считал, что случайностей в жизни не бывает. Может быть, благодаря этой вере ему удалось дважды обмануть саму смерть. Один раз с помощью Генриха, другой, как выяснилось, с помощью этого самого улыбчивого батюшки...

Неожиданная встреча

Лиц, претендующих на возможности видеть прошлое, настоящее и будущее, очень немало. В мои задачи не входит ни их оценка, ни сравнение, ни отделение «чистых» от «нечистых», истинных пророков от шарлатанов. Мне важно было повидаться с человеком, чьи особые свойства действительно прошли проверку и числом и временем, – мне неважно, сколько их, похожих или таких же. Пусть один, пусть тысяча. Мне важно было убедиться самой: да, такое бывает.