Приземленные переживания особей человеческого вида для него, гения нейронной деятельности, были открытой книгой. Кроме того, ему просто было неинтересно размышлять о жизнедеятельности двуногих гуманоидов. К ним он относил всех, с кем сталкивала жизнь. Всех, кроме себя. Впрочем, в какой-то момент жизни его мировоззрение чуть было не перевернул случайный человек. Точнее, женщина.
Женщина
И, наконец, на исходно благоприятном фоне или неблагоприятном фоне – острая, острейшая эмоциогенная ситуация. Она может вызвать аффект со всеми вытекающими последствиями. Может буквально изменить видение мира на долгие годы или практически навсегда.
Считается, что научным работникам, как правило, чужды обыкновенные радости жизни. Ботаны, додики, компьютерные черви – каких только оскорбительных названий ни придумали простейшие, чтобы оказаться «на высоте» по сравнению с людьми, которые пробивают себе дорогу мозгом, а не черепной коробкой. Однако Генриха было трудно обидеть и даже чем-то удивить. Потому что он знал обо всем, что происходит у людей в голове, изнутри: какие зоны активизируются, когда простой смертный хочет спать, есть, бегать и даже заниматься сексом. Более того, Генрих знал, что занятие сексом за деньги и по любви – не одно и то же даже для клеток ума (так он называл про себя мозг), тем более для души. В существование души ученый верил безоговорочно, только для него эта субстанция давно обрела материальность, вес, размер и предназначение. Именно душа стала предметом одного из его тайных исследований, которое хранилось в той же папке «Самостоятельные работы». Придет время – он взорвет мир. А пока его не интересовали войны, международные отношения, социальные проблемы и эмоции в принципе.
Молодой ученый не утруждал себя обязывающими отношениями с женщинами.