Вид молодого мужчины, быстро шагающего по противоположному тротуару, вернул меня в XX век. Возможно, это был обычный гражданин, честно голосующий на выборах и со всеми прививками. Он ничем не отличался от окружающих – в сером демисезонном пальто, мягкой, серой же, шляпе и, вероятно, с часами на руке. Но мой инстинкт предупреждал меня о необходимости быть бдительным. А увидев, как он, не раздумывая, углубился в арку только что покинутого мною здания, я простился с последними сомнениями. Теперь оставалось только узнать, сколько времени понадобится полицейским, чтобы собраться вокруг Кабироля наподобие мух над негодной к употреблению говядиной.

Я покинул свой пост, перешел улицу и встал на подходящем расстоянии от арки, не слишком близко и не слишком далеко, чтобы не упустить ничего из вероятного зрелища. Интересно было бы разглядеть того типа, но, выйдя из дома, он тут же повернулся ко мне спиной и пошел в противоположную сторону, так что составить представление о его лице я не мог. Несколько секунд я колебался, глядя на его удаляющуюся спину. Это мог быть звонивший, а мог быть и другой. Возможно, он шел от Кабироля, возможно, нет. Может быть, я мог дать ему уйти, а может быть должен был за ним следить. Никакая статья закона не запрещала мне следовать за ним... И в конце концов я пошел за ним.

Он направился к улице Рамбюто и повернул на улицу Архивов, прошел перед фонтаном дез Одриетт и вышел на улицу Пастурель с сильно разбитым тротуаром, с которого к тому же то и дело приходится сходить, настолько он замусоренный и узкий. Как раз когда он находился на углу улицы Тэмпль, напротив витрины магазина безделушек для розыгрышей и игрушек с сюрпризами "Все для смеха", хлынул сильнейший дождь.

Для меня это было малоприятным сюрпризом. Я-то рассчитывал на освещенные витрины, чтобы попытаться разглядеть физиономию того типа, а теперь на это нечего было надеяться. Укрываясь от ливня, он до ушей поднял воротник легкого пальто и опустил поля шляпы. Не видно было ни волоска. Петрушка на вывеске подмигивал сверху электрическими глазами, насмехаясь над моей незадачей.