- Ежели бы мне сто-то рублей, как вот вы ежемесячно получаете, говорит какой-то священник какому-то чиновнику, - я бы бога благодарил... Ни минуты бы не остался в духовном звании...

Чиновник возразил на это, что сто рублей вовсе не сладки, что за них надо переделать тьму таких дел, в которых сам черт сломит ногу...

- А у вас что? - прибавил он. - Появился червь, пошел поп, отслужил молебен, мужики его угостили, денег дали, - чего ему? лежи да спи... А тут сиди, усчитывай там кого-нибудь...

- Червь! - воскликнул священник, - рубль серебром вы за него получили, прекрасно; а позвольте узнать, стоит ли этот рубль того огорчения, которое он несет вам в душу?.. Да, я рубль этот получу, принесу домой и могу лечь спать, но засну ли? вот что!

- Отслужил молебен, - рубль взял, да и спи, вот и все!.. - твердил чиновник.

Ложь и вранье до такой степени мне опротивели, что я бог знает что бы дал в эту минуту, если бы мне пришлось увидеть что-нибудь настоящее, без подкраски и без фиглярства; какого-нибудь старинного станового, верного искреннему призванию своему бросаться и обдирать каналий, какого-нибудь подлинного шарлатана, полагающего, что с дураков следует сдирать рубли за заговоры от червей, словом, какое-нибудь подлинное невежество, - лишь бы оно само считало себя справедливым... Я ушел с верхней палубы вниз, где сидел народ все больше серый, черный даже, и скоро увидел, что желания мои могут быть удовлетворены весьма щедро.

Чтобы отдохнуть и дать отдохнуть читателю, я приведу здесь кое-что из слышанного мною в толпе, тем более что со временем это слышанное мне очень пригодилось.

Я вошел в толпу и остановился где пришлось.

- Вот как перед истинным богом! - крестясь и снимая шапку, говорил мещанин двум девушкам, тоже мещанкам, ехавшим со старушкой матерью. Умереть на месте, ежели вру хоть на волос!..