Прожив в Гвадалахаре двенадцать дней, мы, с позволения врача, могли отправиться далее, хотя наш больной был еще очень слаб. В наемной карете на мулах, которые не переменяются, совершают переезд до Мексики в пятнадцать дней, а в дилижансе в шесть дней: девятидневная разность побудила нас предпочесть дилижанс. Между Веракрусом и Мексикою учреждены дилижансы уже несколько лет; но по сю сторону Мексики до Гвадалахары, только за три месяца. Экипажи, упряжь и кучера из Северо-Американских Штатов, и соответствуют требованиям путешественников; лошади меняются на каждых четырех милях (leguas), красивы и рослы; до наступления темноты останавливаются на определенные ночлеги, где путешественник находит постель, пищу и все удобства, которые до того были вовсе неизвестны в этой стране; экипаж с кучером тотчас возвращается, и путешественники продолжают путь в другом дилижансе, до следующей ночи. За место в карете (вне её есть только одно место, подле кучера) платят 70 пиастров до Мексики; расстояние составляет 175 лег.

Приятель наш, Дон Мануэль Луна, вмел намерение ехать с нами в Мексику; но губернатор дружески объявил ему, что в следствие повелений Сантаны, добрые граждане верных Штатов должны дать денег на войну в Техасе, и что потому Дон Мануэль не иначе может получить паспорт, как ссудив Правительству 35,000 пиастров. Он отложил путешествие. К счастью, в шестиместной карете был у нас только один спутник, Австриец, приехавший по торговым делам из Сан Луи Потози, для собрания долгов, и возвращавшийся без успеха, человек приятный, вежливый и услужливый.

В пять часов утра мы сидели уже в дилижансе, который тотчас отправился с быстротою, удивившею и почти испугавшею нас, ибо в этой стране без дорог, ленивому Мексиканцу и его мулам скорая езда кажется невозможностью, и по справедливости.