- Откуда она была заперта? - спросил дядя Гэвин.

- Изнутри, - отвечал шериф и продолжал рассказывать, как он, стоя перед гладкой глухой дверью, пригрозил ее взломать, если мистер Притчел не откроет, и как на этот раз хриплый голос прокричал ему в ответ: "Убирайтесь из моего дома! Увозите этого убийцу и убирайтесь из моего дома!"

"Вам придется дать показания", - отвечал шериф.

"Я дам показания в свое время! - крикнул старик. - Убирайтесь из моего дома, все до единого!"

И как он (шериф) велел помощнику съездить на машине за ближайшим соседом, а они с Флинтом ждали, пока помощник не привез какого-то человека с женой. Потом они отвезли Флинта в город, заперли его, шериф позвонил в дом старика Притчела, сосед подошел к телефону и сказал, что старик по-прежнему сидит взаперти, отказывается выйти, даже не отвечает и только орет, чтобы все они (к тому времени приехали еще и другие соседи, так как слух о трагедии уже успел распространиться) убирались вон. Однако некоторые из них остались в доме, не обращая внимания на то, что явно помешанный старик говорит и делает, а похороны будут завтра.

- Все? - спросил дядя Гэвин.

- Все, - отвечал шериф. - Потому что теперь уже слишком поздно.

- То есть как? - спросил дядя Гэвин.

- Умер не тот, кто надо.

- Бывает, - сказал дядя Гэвин. - То есть как?

- Тут все дело в глиняной яме.

- В какой яме?

Потому что весь округ знал о глиняной яме старика Притчела. В самом центре его фермы были залежи мягкой глины, из которой окрестные жители изготовляли грубую, но вполне пригодную посуду - если им удавалось накопать достаточно глины, прежде чем мистер Притчел успевал их заметить и прогнать. В этих залежах мальчишки с незапамятных времен находили ископаемые остатки культуры индейцев и даже первобытных людей - кремневые наконечники стрел, топоры, тарелки, черепа, берцовые кости и трубки, а несколько лет назад археологическая экспедиция из Университета штата Миссисипи производила здесь раскопки, пока не явился старик Притчел, причем на этот раз с ружьем.