Не теряя ни минуты, барон побежал в Тиргартен, чтобы найти ту надпись, которую, как было сказано в листке, незнакомка вырезала на дереве, и, может быть, приблизиться к разгадке тайны. Предчувствие не обмануло его! В кору дерева у скамейки, где он нашёл бумажник, были вырезаны слова, но волею случая те самые слова, которые были затёрты на листочке, на дереве оказались размытыми и непонятными. "Чудесная взаимосвязь, - воскликнул барон в величайшем экстазе, - чудесная взаимосвязь в природе!" И он вспомнил из Гёте о тех комодах-близнецах, сделанных из ствола одного и того же дерева, один из которых треснул и развалился в тот момент, когда другой стал жертвой пламени в отдалённом дворце.

"Незнакомое прекрасное существо!" - продолжал барон всё в том же экстазе. "Небесный ангел из далёкой божественной страны, да, давно уже тоска по тебе пылала в моём сердце, ты, единственная возлюбленная! Но я сам себя не понимал. Голубой бумажник с золотой застёжкой стал тем магическим кристаллом, в котором я увидел себя в любви к тебе. Прочь отсюда! За тобой! В страну, где под тёплым солнцем расцветает роза моей любви к тебе!"

Барон тотчас начал самые серьёзные приготовления к путешествию в Грецию. Он прочитал Соннини, Бартольди и вообще всё, что ему удалось найти о путешествиях в Грецию, заказал удобную карету, приготовил ту сумму денег, которая, как он считал, понадобится ему для этого путешествия, начал даже изучать греческий язык, а так как от какого-то приезжего он слышал, что, если хочешь чувствовать себя уверенно в чужой стране, то надо одеваться в стиле этой страны, то и заказал театральному портному несколько чисто новогреческих костюмов.

Вполне понятно, что в это время он ни о чём другом не мог думать, кроме как о владелице голубого бумажника, и вскоре живой её образ стоял у него в глазах: высокая, стройная, прекрасно сложена; очаровательная и одновременно величавая поступь, лицо в полной мере отражает то неприступное волшебство, которым восхищаются античные скульпторы, прекрасные глаза, прекрасные чёрные волосы, лёгкие, как шёлк.