Скажу: Слагал романы и стихи, И утешал, но и вводил в соблазны. ……………………………………… Но я – поэт.

Кондратьев тоже в безымянном стихотворении, в жанре «памятника», видит свою особенность в том, что пробудил к жизни обитателей мифологических миров, ибо в нашей вселенной поистине обителей много.

Щедрою властной рукой бросил я образы миру; К жизни от сна пробудил фавнов, сатиров и нимф. Боги минувших времен мне откликались на лиру; Вечная Матерь с чела звездный подъяла заимф. Нет, не умру я совсем! Дети раздумий поэта, Дети печали моей, жадно вкусив бытия, Будут блуждать, как отец, среди равнодушного света И о веселье шептать, грусть неземную тая…

Литературе Кондратьев отдал сорок лет. Половина этого сорокалетия хронологически совпала с русским Серебряным веком. Вторая половина творческой жизни протекала в эмиграции. Два периода резко различаются. Но и в том и в другом царит любовь к древности, к юности человечества, к свежести нерастраченных сил, к той мифологической старине, когда «боги, люди и звери стекались на пир», когда «человек улыбался богам», когда душа хотела излиться в торжествующем гимне. Это царство светлых и радостных снов, и недаром последнее произведение Кондратьева — повесть «Сны».

Он родился 24 мая 1876 года, то есть принадлежал к тому же поколению поэтов, что и Александр Добролюбов, Иван Коневской, Владимир Гиппиус, Леонид Семенов, — к поколению, прошедшему искусы декадентского периода модернизма. Серебряный век отсчитывают от времени декадентов, и 16—17-летний Кондратьев оказался свидетелем первых его проблесков. Рождение в семье петербургского дворянина-чиновника многое определило в характере и судьбе Кондратьева. Дворянством своим он гордился: после окончания университета сам стал чиновником, сначала в Министерстве путей сообщения, а через шесть лет в Государственной Думе. Что же касается Петербурга, то благодаря этому городу потомственный петербуржец Кондратьев стад поэтом и писателем — именно таким, каким он стал.