И, растворяясь в ливнях Лейванаха(*), На грани озарения и страха Я как дитя играю пустотой...

x x x

Я как дитя играю пустотой, Взметнувшейся к пределам осознанья, Моя душа жемчужною волной Скользит над океаном мирозданья.

И в этот миг, до корневых глубин Я постигаю сущность соответствий, Зависимость причины от последствий И торжество последствий вне причин.

Я посвящен. Я принял взгляд извне. Так зеркало, уснувшее на дне, В себя приемлет отблеск ледяной

Склонившейся над бездною печальной Планеты снов, чей лик пронизан тайной, Струящейся за каждою чертой...

x x x

Струящейся за каждою чертой Cферических взaимоотражений, Совокупившей бездну с высотой, Триумф побед с позором поражений,

Единой, Верной, Внутривременной, Предмирной, Сильной, Славной, Милосердной, Немыслимой, Возлюбленной, Безмерной, Предельной, Полной, Явственной, Пустой

Греми, моя хвалебная мольба! Ты есть премудрость корня и плода, Премудрость сердцевины и убранства,

Я прозреваю Tвой священный лик За каждым стеблем, что к земле приник, За каждой гранью зримого пространства!..

x x x

За каждой гранью зримого пространства Проявлен полдень. Властвует покой, Лишь кружево стремительного танца Стрекозы расплетают над рекой,

Да в дебрях стрелолиста и осоки Запутался безвольный ветерок... Приостановлен времени поток, Безмолвствуют Начала и Итоги.

Я нежусь на прогретом мелководье, Отпущены стремления поводья, И я - лишь часть полуденной поры.

И нет во мне ни памяти, ни речи, Я вырвал корень всех противоречий. Я отворил в себе исток игры.

x x x

Я отворил в себе исток игры. Мне ведомо Акации цветенье. Моя ладонь слепящие дары Приемлет в знак повторного рожденья.

Я - император муравьиных львов, Я прорекаю облакам и птицам, Ликует звоном на моих ключицах Цепь времени со звеньями веков.