и все так же приторен вкус жизни в «Тропикане» Женские бедра — изящная музыка,нежные руки красавиц пахнут, как персики, вводя в искушение птиц.Аэроплан в белом фраке рассекает своим вентиляторомгущу синего зноя.Яхты возле крепости Де-ла-Кабаньядают открытый урок безмятежного сна,а пароходные трубы тянут темную ноту дымаза горизонт, где скоро проклюнутся первые звезды.И когда над Гаваной взорветсячерный фугас ночи — никто не вздрогнет.Только повиснет над городом серпик луны,словно банан на банановом дереве неба.
Забастовка
Промчались, коней стегая,жандармы. Задрали килипокинутые трамваи.Камень против винтовки:брусчатка — хлеб забастовки.Глаз лошадиной мордыпод вспышки секущих сабельфотографировал мертвых.Дома зажигали свечи,в надежду свою не веря.И зря письмоносец-ветерстучался в глухие двери.Возле ворот лицейскихв гранатовой портупееничком лежал полицейский.Ночь истекала кровьюпод треуголкой мрака,в черном плаще безмолвья.А площади Барселоныотплясывали сардану тасуя свои фронтоны.
Бегство из понедельника
Нынче самая пора сбежать от овощного рационав ленивый воздух,
