и продают ее вместе с фруктами, бутылками и морскими ракушками. Дети делают сложение из хлебов и звезд на своих траурных аспидных досках, и автомобили несутся, не зная, что камень на крутом повороте ждет знака судьбы. Словесный пулемет, пишущая машинка стреляет по невидимому часовому звоночку. Наковальни делят на части звонкий сон подков, а швейные машины ускоряют сердцебиение незамужних женщин среди крутящегося прибоя материй. Вечер увозит большой узел солнца в трамвае. Безработные смотрят на небо, как на корзину с яблоками. Полки холода рассеивают группы нищих и бродяг. Продавец рыбы, продавцы газет и человек, который размалывает небо на своей шарманке, подают друг другу руки в час ужина в клоаках и под мышками у мостов, где отбросы изображают сад и консервные банки высовывают язык. Их тени растут выше островерхих черепичных крыш и мало-помалу покрывают город, дороги и ближние поля, пока они не задушат в своей груди образ вселенной.

Вечерний выпуск

Выбрасывает вечер первый выпуск ласточек и объявляет новую политику погоды, растущую нужду в колосьях света, и спущенные на воду в небесной верфи пароходы, и обороты магазина западных теней, и митинги, и беспорядки ветра, и перемену жительства пернатых, и где, когда зажгут свои огни планеты. Внезапную кончину тех вещей,