Бессильны козни фарисейства: Что было кровь, то стало храм, И место страшного злодейства 20 Святыней вековечной нам. * * *
Когда Божественный бежал людских речей И празднословной их гордыни, И голод забывал и жажду многих дней, 4 Внимая голосу пустыни, Его, взалкавшего, на темя серых скал Князь мира вынес величавой, "Вот здесь, у ног твоих все царства, — он сказал, 8 С их обаянием и славой. Признай лишь явное. Пади к моим ногам, Сдержи на миг порыв духовный; И эту всю красу, всю власть тебе отдам 12 И покорюсь в борьбе неровной". Но Он ответствовал: "Писанию внемли: Пред богом господом лишь преклоняй колени". И сатана исчез, — и ангелы пришли 16 В пустыне ждать Его велений.
Ничтожество
Тебя не знаю я. Болезненные крики На рубеже твоем рождала грудь моя, И были для меня мучительны и дики 4 Условья первые земного бытия. Сквозь слез младенческих обманчивой улыбкой Надежда озарить сумела мне чело, И вот всю жизнь с тех пор ошибка за ошибкой, 8 Я все ищу добра и нахожу лишь зло. И дни сменяются утратой и заботой, (Не все ль равно: один иль много этих дней!), Хочу тебя забыть над тяжкою работой, 12 Но миг, — и ты в глазах с бездонностью своей. Что ж ты? Зачем? Молчат и чувства и познанье.