Я видел — ты уж вертишься и там,Прислуживая дьяволам сердитым,Когда они, рыча по пустякам,На сале лорда Фокса Его ученика! Ты знаешь сам:Он был министр ретивый, даровитый,Одних проектов уйму написал:Ему я глотку ими затыкал!»
LXXIV
«Где Юниус? И все заволновались, всполошились,И шум такой неистовый возник,Что даже духи высшие смутились:Напор теней был яростен и дик,И все они толкались и теснились,Как газы в пузыре иль в животе…(Жаль, образ не на должной высоте!)
LXXV
И вот явился дух седой и хмурый,Не призрак, а своей же тени тень.То хохотал он дико, то, понурый,Он был печален, как осенний день,То вырастал он грозною фигурой,То становился низеньким, как пень,Его черты менялись непрестанно,А это было уж и вовсе странно.
LXXVI
Сам Дьявол озадачен был: и онУзнать сего пришельца затруднялся:Как непонятный бред, как дикий сон,Тревожный дух зловеще искажался,Иным он страшен был, иным — смешон,Иным он даже призраком казалсяОтца, иль брата, иль отца жены,Иль дяди с материнской стороны.
LXXVII
То рыцарем он мнился, то актером,То пастором, то графом, то судьей,
