Меня настиг удар по спине сзади и я тоже очутился в сетке. Сзади стоял последний, если конечно не считать качающуюся за ним фигуру. Гигант держал в руке обломок доски. Он замахнулся и я еле-еле увернулся от нее. Сетка буквально распоролась от удара у самого моего плеча. Но он ни как не мог быстро вытащить дубину и я оттолкнувшись от сетки влепил ногой в локоть руки, которая держала доску.

Гигант отскочил, бросив дубину и схватившись за локоть. Теперь вперед. Я добил двух травмированных вояк и они покорно свалились на площадку.

- Браво, браво,- за сеткой похлопывал в ладоши капитан Идрис.

Рядом с ним стоял военный с кинокамерой и два высших офицера.

- Мы выбрали самых лучших специалистов,- продолжал капитан,- и вы сумели их уложить.

- Ну сволочь же вы, господин капитан. Мы же с вами договорились...

- Мы ни о чем не договаривались, господин Костров. Договор вступит в силу сегодня вечером при условии, что вы скажите-да.

Я стал приводить себя в порядок.

- Теперь мы точно знаем, что вы действительно зомби.

- Идите вы в жопу, капитан.

Я пошел к двери черного хода бара.

Женщины с изумлением смотрели на меня.

- Боже, Костя, что с вами? Вы такой грязный, а костюм ваш чем-то залит красным. Что с вашей спиной? Пиджак распорот.

- Кто-то уронил на меня груду грязных ящиков.

- А ботинок?

- Что ботинок?

- Он вмят внутрь.

- После деревянного ящичного душа, там черт знает на что наступишь.

Но Антонина Сергеевна всполошилась.

- Давайте кончать. Уедем от сюда быстрей. Мне чего-то очень не хорошо...

Мы вышли из бара. В это время из-за дома выезжало три санитарных машины в сопровождении шикарного лимузина.

Петр Акимович получил добро Москвы на условия Идриса. Вечером по телефону я сказал ему: "Да".