– С Дашкой его никогда раньше не видели.

– Я не это имел в виду.

– Он выкормыш бывшего полкана Селиева. Они служили вместе в Чечне. Теперь крутится с Глушко, тоже из чеченцев. Такой же фраер, но хорошо законтаченный. Они вместе что-то мутят с бывшими афганцами и чеченцами. Фонд какой-то или клуб.

– Не дурак парень. Фишка выигрышная… – Черемин раскурил потухшую трубку и, затянувшись, выпустил через нос две сизых струйки дыма. – Как он связан с Черепом? Не могло это происшествие в кабаке быть подставой, чтобы подсунуть мне Краснова?

– Теперь они связаны до гроба. Сегодня утром на него наехали двое пацанов младшего Черепа. Весь офис изрешетили из «калашей». Не знаю, как там и что, но один из них в морге с поломанной шеей, другой с пробитым черепом парится в КПЗ. А парень перышки почистил и тут же намылился в «ПосейДон» на обед с Савельевым и Геней Армавирским. Вышел оттуда через час с чемоданчиком и первым делом – в свои обменники. Зуб даю, Геня ему подкатил чемодан зелени!

– А вот с этого места подробнее!

– Последнюю неделю он ездил на депутатской «Волге». Причем мотался он по московской трассе под Каменском. Его видели на двух наших заправках с ватагой бугаев. Человек шесть.

– Хочешь сказать, что бойня на хуторе Волчьем его рук дело?

– Я бы сказал, что там почерк Секача – начальника охраны Армавирского. Он любит работать топором.

– Тогда что же?

– А что бы ты сделал, если бы у тебя пропали две фуры с компами?

– Хм… – улыбнулся Гоген. – На живца?

– Точно! Только не посадишь же живцом бритых братков, которые только и умеют, что палить очередями на авось! Менты мне сказали, что у двоих были ранения в правое плечо и у одного в бедро.

– Живьем, значит, брали? Интересно! Неужто у него есть такие профессионалы?

– Похоже, дело было так. Они вычислили крота, подсунули ему фуру с туфтовыми ксивами, тот клюнул и передал данные братве. Те фуру завернули, тут Краснов и накрыл их со своими архаровцами. Пятеро тепленьких и один с пулей во лбу. Спецназ, мать его! Стоит это чемодана зелени?