За то, что пред стаей иных обезьян она щеголяет в венце? Да будь ты хоть шахом преклонных годов, султаном племен и народов,- Забудут о злобствующем глупце, забудут о подлеце. Дождусь ли ответа, покуда живой: величье - ты средство иль цель? Подарок судьбы на пороге пути? Посмертная слава в конце?

КАСЫДА О БЕССИЛИИ

Я разучился оттачивать бейты. Господи,смилуйся или убей ты!- чаши допиты и песни допеты. Честно плачу. Жил, как умел, а иначе не вышло. Знаю, что мелко, гнусаво, чуть слышно, знаю, что многие громче и выше!.. Не по плечу. В горы лечу - рассыпаются горы; гордо хочу - а выходит не гордо, слово «люблю» - словно саблей по горлу. Так не хочу. Платим минутами, платим монетами, в небе кровавыми платим планетами,- нет меня, слышите?! Нет меня, нет меня… Втуне кричу. В глотке клокочет бессильное олово. Холодно. Молотом звуки расколоты, Тихо влачу покаянную голову в дар палачу. Мчалась душа кобылицей степною, плакала осенью, пела весною,- где ты теперь?! Так порою ночною гасят свечу. Бродим по миру тенями бесплотными, бродим по крови, которую пролили, жизнь моя, жизнь - богохульная проповедь! Ныне молчу.

КАСЫДА О ПОСЛЕДНЕМ ПОРОГЕ

Купец, я прахом торговал; скупец, я нищим подавал, глупец, я истиной блевал, валяясь под забором. Я плохо понимал слова, но слышал, как растет трава, и знал: толпа всегда права, себя считая Богом!


2 из 31