Появилась сестра Симмондс, она собиралась получить медицинское образование, как только накопит деньги на обучение, и доктор Макмиллан объяснила ей диагноз.

– Уберите весь этот гной, сестра. Видите? В матку вводили какое-то чужеродное тело – спицу или спринцовку с мыльной водой, возможно, кору ржавого вяза. Мясники! Запомните, сестра: аборт, сделанный под наркозом, с асептикой, не опасен. Обычно лучше до третьего месяца вычистить содержимое матки, не способной выносить плод, чем возиться потом с угрозой выкидыша, новорожденным уродом или больным ребенком, который умрет еще в младенчестве. Но это – настоящая резня. Посмотрите, шейка матки расширена и все вагинальные бактерии ринулись туда и образовали целые колонии.

– Давно это случилось, доктор? – спросила сестра Симмондс, взяв еще одну салфетку, смоченную карболкой.

– Два дня назад, может, три. Преступники! Они совершают это насилие над природой, и у девушки начинается выкидыш – эта была уже на четвертом месяце, – а потом они отправляют их домой самим справляться с результатами. Заражение крови – меньшее, чего можно ожидать. А какой диагноз поставите вы?

Сестра Симмондс взяла Элис за руку и попыталась нащупать пульс. Он мелькал так быстро, что сестра не различала отдельных ударов. Температура у девушки была 40 градусов. Ее бросало то в жар, то в холод, она вся горела. Живот, грудь и бедра покрылись сыпью, как при скарлатине.

– Гнилокровие, – объявила сестра. Доктор Макмиллан кивнула.

– Лечение?

– Салициловая кислота и противостолбнячная сыворотка.

– Хорошо. Распорядитесь, чтобы как можно скорее приготовили койку в инфекционном отделении и операционную. Если я удалю источник инфекции, у нее будет больше шансов. Пусть ее обмоют талой водой и сделают инъекцию паральдегида. Бедная крошка, – прибавила доктор Макмиллан, коснувшись щеки Элис. – Она сама еще дитя.